Phones of gallery "Satarov-studio":
+7(985) 419-43-16, 918-24-40,
8-916-276-62-73

Site by created:CompHobby

 
MICHAEL SATAROV HomeНаписать письмо МихаилуРусская версия
О Сатарове  |  Photos  |   Press  |  Exhibitions  |  Reproductions  |  Frescos  |  Гостевая  |  Альбом
 
Marinas  |  Venice  |  Landscape  |  Fantasy  |  Old Moscow  |  Portrait  |  Натюрморт  | HOME
Interview for "Rublevskoye shosse" magazine

№ 9 2004

 

ОСКОЛКИ РАЯ МИХАИЛА САТАРОВА

 

Окна его студии выходят на лес. Бескрайние зеленые просторы завораживают. Он стоит у окна и долгим взглядом смотрит вдаль, затем поворачивается и с легкой улыбкой говорит:

- Вид настолько потрясающий, что порою отвлекает посетителей от моих картин.

Чувствую, что краснею: это же я, бегло осмотрев студию, тут же, как загипнотизированная, уставилась на заоконный лес в его раннем осеннем убранстве.

- Нет-нет, это не упрек, - словно прочтя мои мысли, поспешно добавляет художник. - Смотреть сейчас и впрямь не на что - картины проданы; слава Богу, они не залеживаются.

И действительно, студия чиста и почти пустынна, если не считать трех холстов на стене да аккуратно разложенных в углу эскизов. Именно в такой обстановке, по его выражениям - как в операционной, работает МИХАИЛ САТАРОВ, один из самых известных художников современности.

- Я рисовал всегда, - сказал мастер, предугадав первый вопрос. - Это моя жизнь, моя стихия. Без мольберта не могу и дня прожить. Это не работа, а воздух, которым я дышу.

- А как все начиналось? И помните ли свою первую картину?

- Наверное, прозвучит нескромно, но я всегда чувствовал в себе талант, искру Божью. Тем не менее упорно учился. Было все: и художественная школа, и Московское художественное училище памяти 1905 года, и, конечно же, Московский государственный академический институт имени В.И. Сурикова. Ну, а первой своей серьезной картиной считаю копию с иконы Богородицы - репродукции, опубликованной на третьей обложке обычного школьного учебника истории. Написал ее где-то в классе пятом или шестом, причем, что интересно, маслом на обычном листе бумаги, а не на специальном грунтованном холсте, как следовало. До этого, разумеется, тоже рисовал - по-детски, акварелью, карандашами. Но тут, после того, как с моей собственной "картины" на меня глянула Богородица, во мне что-то перевернулось. Возможно, это и было Божье благословение.

Учителей у меня было много - весь мир: великие художники, классическая школа, академическое искусство... Все, что смог, почерпнул у них и привнес свое, потому что никогда нельзя останавливаться на достигнутом и паразитировать на чужих успехах. Но все-таки, главный учитель - Творец, наставляющий на путь истинный, ведущий к совершенству. Он же дает вдохновение, укрепляет веру в свои возможности, дарует надежду на лучшее, ведь и земная красота - это всего лишь осколки рая. Есть более совершенные, прекрасные миры, но нам подобное благолепие, к сожалению, недоступны, ибо люди слабы и порочны, вольно или невольно грешат, не дорожа своими бессмертными душами. Эти миры видят лишь святые старцы в монастырях. Да еще порой подлинные творцы. Не совру, если скажу, что и у меня бывает такое состояние, когда завеса, отделяющая нас от иных миров, приподнимается и я вхожу в них при помощи своего совершенства. В моем понимании истинное творчество - это стяжание крупиц святого духа.

- Ваш излюбленный жанр?

- А такового нет. Я просто люблю свое дело, и мне нравится сам процесс создания картин, когда под руками рождаются и оживают деревья, бьются о прибрежные камни волны, волнуются под легким дуновением ветерка волосы. А жанры... Есть и портреты, и морские, европейские и городские пейзажи. Единственное, чего не приемлю, - так это различные новомодные течения, вроде авангардизма и импрессионизма. Пусть это субъективное восприятие, но я отрицаю подобное искусство, считая его профанацией. Говоря современным языком, это сплошной PR - хорошо раскрученная мазня, которую выдают за искусство, доступное в понимании лишь избранным.

Мы, вообще, живем в очень скверное для художника время. Если бы мне пришлось его рисовать, то я изобразил его энергичным, агрессивным, немного страшным, отмороженным... Наш век - век рекламы: абсолютно все продается и покупается. И, что самое обидное, спрос зависит не от качества предложения, а от вложенных в раскрутку денег. Раньше, когда не было ни телевизоров, ни компьютеров, а цветные журналы считались роскошью, искусство имело какую-то особую ценность: любая выставка была событием, да и картины старались приобрести, чтобы любоваться ими не от случая к случаю, а постоянно.

Сегодня ситуация изменилась - новые информационные технологии буквально заполонили нашу жизнь. И люди легко поддались им, уверовали в то, что без телевидения и Интернета им не прожить. Ведь где сегодня встречаются? В кафе, в кино и в ресторанах? Случается и такое, но преимущественно - на виртуальных просторах всемирной паутины. Неужто это - общение?! До чего дошло: ни одно важное культурное событие не может состояться без "генерального информационного спонсора" - какого-нибудь телеканала или Интернет - портала! Плюс к тому, все эти новые технологии, к сожалению, вытесняют живопись за пределы круга человеческой духовности. Нет, она не исчезает совсем, просто преобразуется в нечто иное. Художники один за одним овладевают искусством компьютерной графики и переселяются вместе со своим творчеством в электронный мир. А, на мой взгляд, ни одна, даже самая искусная виртуальная картина, ни одна фотография не сравнятся с рукописным полотном, не смогут передать истинных порывов души художника.

Да, мы живем в век рекламы, художник вынужден тратить свое время на то, чтобы позиционировать себя всеми доступными средствами. Иначе о нем никто не узнает. Примерно пять-семь лет назад я жил чистым творчеством - писал картины и совершенно не думал о работе над своим имиджем, о саморекламе и эпизодическом появлении на публичном подиуме. Просто не понимал зачем. Мне казалось (да и сейчас кажется) это пустой тратой времени. Сидел в своем подвале, рисовал, в то время как ушлые ребята - предприниматели от искусства - копировали мои картины и продавали в ЦДХ, в Измайлово. И однажды ко мне в студию пришли искусствоведы и сказали: "Миша! Ты преступник! Ты делаешь гениальные картины, на которых наживаются всякие подонки, а о тебе не знает никто!". И тогда я вышел из подполья. Более того, стал жертвой новых технологий, и теперь абсолютно все мои работы можно найти в Интернете на личном сайте. Включая даже те картины, которые висят в Кремле у Президента или в домах у министров.

- А как же "живые" выставки?

Вы не представляете, насколько это тяжело - выставляться "вживую". Нужно потратить невероятно много сил, времени и денег. Мне, конечно, грех жаловаться - отнюдь не бедствую, но "свободными" сотнями тысяч долларов (а именно столько надо, чтобы организовать нормальную выставку) не располагаю. Бывает, что и выставляюсь, но не часто - раз в год, а то и в два.

- Неужели вас не посещают обычные тщеславные мечты художника - увидеть свои работы в лучших мировых музеях?

- Знакомый вопрос. Я всегда отвечаю на него так: я точно знаю, что мои картины будут висеть в Лувре. Когда? Бог весть, да и не столь это важно. Но суть в ином: в мировых музеях есть картины, мимо которых проходят не останавливаясь. Меня же копируют постоянно. Так что же свидетельствует о подлинном признании - безразличие в залах или рыночный ажиотаж? Мне не нужны звания и места в престижных музеях - все это пустое.

Да и, откровенно говоря, нет в этом ничего от творчества, так, сплошной обман. Не удивляйтесь. Сегодня мир искусства погряз в коррупции. Мало того, что все звания продаются (мне неоднократно предлагали купить звание народного художника России), так еще и музеи (наши-то - точно все) сплошь и рядом занимаются "откатом" средств, получая, замечу, немалые суммы для приобретения картин современных художников. И покупают ведь, но, как правило, то, что не представляет никакого интереса для истинных любителей живописи.

Почему так получается? Директора музеев берут картины у своих старых приятелей - бывших сокурсников. Безусловно, многие из них - академики, преподаватели престижных творческих ВУЗов, но до настоящей живописи им далеко: в их картинах нет ничего, ни искры Божьей, ни полета вдохновения, ни капельки таланта... Это - реальность. Такая же, как и нищенская зарплата педагогов, не берущих взяток. Чем умело и пользуются директора. Они оформляют покупку "собрание сочинений" художника на приличную сумму, полученную музеем от государства (скажем, на 100 000 долларов), автор, в свою очередь делает "откат" директору (как правило, процентов 70 от суммы), и все расстаются, довольные друг другом. А подлинные ценители живописи, посещая музей, теряются в догадках: неужели эта мазня и есть то лучшее, что рождает современное искусство! Таким нечистым на руку музейным деятелям вряд ли взбредет в голову заключить сделку со мной. Во-первых, я знаю цену своим картинам, и она, поверьте, достаточно высока, а во-вторых, никогда не соглашусь участвовать в подобном отмывании денег. А от наших музеев, прошу прощение, порой смердит, в полном смысле этого слова. Видели бы вы, что творится у них в запасниках - ужас: грязные, рваные картины, никому не нужные, однако купленные и деньги собой отмывшие.

Как там у классика: "Жестокий век - жестокие сердца"? Будто о нашем времени написано.

Не удивительно, что в целях выживания некоторые художники, увлекаясь, забывают о своем предназначении - творить, создавать что-то новое, радовать своим искусством. Есть, конечно, еще один, на первый взгляд, простой путь - отдать свои картины в художественную галерею (их сегодня немало в Москве). Однако и здесь есть свои "подводные камни": галереи эти просто обирают художников, требуя немыслимый процент с полученных за картины денег. Слава Богу, что я не завишу ни от одного из художественных салонов, а просто работаю. Без выходных. Но в удовольствие.

- И неужели не бывает таких моментов, когда хочется просто с книжкой на диване поваляться, пообщаться с друзьями, сходить в хороший ресторан и вкусно покушать?

- Бывает, конечно, накатывает такое настроение, но я не разрешаю себе сильно расслабляться. Художнику, как и спортсмену, нужно всегда держать себя в форме. Сегодня, в свои 40 лет, я немало добился, но уверен, лучшие картины - впереди, ибо и я еще на взлете. Недавно произошел памятный случай - ко мне на выставке подошел, пожалуй, самый популярный в нашей стране художник - Шилов. Мы не были знакомы, хотя, безусловно, знали друг о друге. И вот, представьте себе, он обратился ко мне по имени и выразил восхищение моими работами, чем поразил меня до глубины души. Ибо признание брата-художника, работающего в одном с тобой направлении, - вдвойне ценно. Но и это - вовсе не повод почивать на лаврах и отказаться от стремления к совершенству.

- Как бы вы оценили культурный уровень современного общества?

- Происходят изменения, но, увы, не к лучшему. Идет откровенная и энергичная материализация жизненных ценностей, что находит отражение даже в языке. Заметьте, какие слова сегодня в ходу: не "прекрасно", а "кайф", не "отдохнуть", а "оторваться", "оттянуться". А самое ужасное, что материальные ценности становятся доминирующими. В России царит культ денег и привилегий. Я не буду отрицать важности достойного благосостояния, но когда это ставится во главу угла, отнимая большую часть времени, когда современного человека не волнуют никакие тонкие энергии, будь то классическая музыка, живопись, театр или кинематограф, становится ясно: людьми правят животные инстинкты. Нельзя беззаветно подчинять себя золотому тельцу, нужно оставить в душе место для духовного. Поверьте, я знаю людей, которые зарабатывали деньги, и в конечном счете получилось так, что деньги "заработали" их. Теперь живут с сознанием того, что они сверхбогаты, и не могут остановиться, денно и нощно пекутся о росте своих капиталов. Это уже не люди во плоти и крови, а бездушные машины для добычи денег.

- А какие "тонкие энергии" волнуют вас в свободное от живописи время?

- (усмехаясь) Поймали вы меня на слове: я - трудоголик и обычно после работы - работаю, делаю наброски, привожу в порядок архив (я коллекционирую альбомы по искусству). Разумеется, я ощущаю свою ущербность, ведь я не хожу ни в театр, ни в кино, да и на поездки в другие страны времени почти не остается - загружен и востребован, как говорится, под завязку. Впрочем, грех жаловаться на то, что Муза не посещает тебя, когда ей заблагорассудится, а здесь же и обитает. А потому я не черпаю вдохновение, а купаюсь в нем. Ну, и, кроме того, как и любой другой художник, подпитываюсь творческими силами, созерцая великолепие окружающего мира, женскую красоту. Все эти впечатления синтезируются и в конечном итоге превращаются в художественные замыслы.

- Можно ли проводить параллели между классиками живописи и современными художниками, сравнивая их творчество, или любые аналоги неуместны?

- Почему же? Я не вижу принципиальной разницы. Понимаете, здесь как раз тот случай, когда большое видится на расстоянии. Все, даже самые великие, когда-то были чьими-то современниками: их точно так же ругали или хвалили, но уж точно никто не думал, что имена и творения этих художников "из соседнего двора" переживут века. Многое зависит от того, как общество популяризирует картины выдающихся мастеров. В том числе и сегодня. Кто к примеру не знает Шишкина и Айвазовского? Со многими их картинами знакомы даже те, кто абсолютно не интересуется живописью и в музеи не ходок. А все потому, что их работы, тиражированные действительно массово, постоянно вокруг нас. Ни одного современного живописца так не рекламируют, в силу чего они известны, по выражению Жванецкого, только тонкому слою интеллигенции. В хорошего художника нужно вкладывать деньги, но у нас больше разговоров о меценатстве и благотворительности, чем самих благодетелей. Для них у нас даже "профессиональный" праздник придумали - воистину любую позитивную идею можно довести до абсурда. Если кто и инвестирует средства, то опять же в прошлое - в артефакты древности, антиквариат. Зачастую и не подозревая, что покупает хоть и дорогую, но подделку под старину: мало кто из самых искушенных покупателей знает, что сегодня на антикварном рынке около 40% товаров - фальшивки! Вероятно, многие со мной не согласятся, но я убежден: если вложить деньги в способного современного художника, можно получить огромные прибыли. И за примером далеко ходить не надо: только за пару лет стоимость моих картин возросла в десятки раз! Получив поддержку сильных мира сего, талант художника может засверкать новыми гранями.

- Похоже, вы не согласны с тем, что художник должен быть голодным?

- Категорически! Хотя в России, к сожалению, это норма: абсолютное большинство перспективных художников бедствуют, и только единицы процветают. А уж тех, кто на слуху, - не больше десятка. Да и то не все они талантливы, некоторых просто профессионально "раскрутили". Увы, искусство сегодня - удел элиты. Да, мои картины, каждой из которых отдан примерно месяц жизни, - не многим по карману. К счастью, мои почитатели - люди достаточно обеспеченные, интеллигентные, знающие толк в классической живописи, а не богатые отморозки, скупающие картины исключительно ради престижа и следуя модным влияниям. Ведь в чем прелесть настоящего творчества? В том, что оно проникает в наши души через глаза, как солнечный свет через оконное стекло. Свет озаряет комнату, творчество - душу, наполняя жизнь особым смыслом...

Понимаете, искусство во все времена отражает реалии, как прекрасные, так и безобразные. Поэтому не стоит пенять на зеркало... А классическое искусство, ко всему прочему, еще и очень трудоемкое, и сил на то, чтобы заниматься саморекламой, уже не остается. Это как звучание флейты на аэродроме: ее не слышно за гулом взлетающих самолетов, но если прислушиваться, то можно за рокотом двигателей различить чудесную мелодию. Достойную того, чтобы быть услышанной.

© Michael Satarov

Rambler's Top100
TopList